Государственная
Третьяковская галерея,
Москва

2026

Детский слой на выставке 

«Карл Брюллов. Санкт-Петербург –
Москва – Рим»

2. Основная задача

Юбилейная выставка живописи Карла Брюллова в Русском музее
и Государственной Третьяковской галерее разрабатывалась разными кураторскими и архитектурными командами. В Санкт-Петербурге была представлена параллельная экспозиция-
сателлит в детском центре, а в Москве разговор с юными посетителями должен был состояться непосредственно внутри основного зала.

Перед командой стоял вопрос: как рассказать детям о Брюллове в пространстве «взрослой» экспозиции, не нарушая её визуального и смыслового ритма?

Для аудитории от 3 до 12 лет предстояло создать мягкую, но насыщенную детскую линию, органично вплетённую в общую
ткань выставки — пояснительные тексты и компактные интерактивные блоки. Через эти элементы важно было
объяснить, как работал художник, какие темы его занимали, и как научиться «читать» его живопись, опираясь на собственное наблюдение, эмоцию и воображение.

Детская линия создавалась с учётом результатов проекта «Брюллов. Дети об искусстве» — цикла занятий и исследований, проведённых детской лабораторией Галереи. В ходе программы дети изучали творчество художника, формулировали
собственные вопросы, гипотезы и впечатления. Итогом стал аудиогид и детские цитаты, включённые в этикетаж примерно
30% представленных работ.

В структуру проекта вошли:

Пояснительные тексты, помогающие детям увидеть детали и сюжетные акценты;


Интерактивные модули для самостоятельного исследования;


Зона для игры и рефлексии
на выходе с выставки.

3. Базовый
кураторский текст

4. Основные темы

5. Визуальная
стратегия

6. Механика
реализации

7. Схема зала

8. Экспертное
интервью

Детский слой — это способ направить взгляд ребёнка и помочь ему почувствовать, удивиться, заметить важное.

Что изображает художник и как это можно «прочувствовать» тактильно?

Эффект отражения и его интерпретация.
Что мы можем увидеть в зеркале на примере
картины «Светлана» по балладе Василия
Андреевича Жуковского?

Как художник работает технически и как
понять, что картина не завершена?

Язык символов — что выглядит самым
интересным на большинстве работах
Брюллова?

Композиционная режиссура картины
«Последний день Помпеи»: как выстроена
мизансцена и взаимодействие персонажей?

Как через картины можно изучать историю:
пример — «Осада Пскова польским королём
Стефаном Баторием в 1581 году»?

Как распознавать тонкости атмосферы —
свет, время суток, погоду, движение воздуха?

1)


2)




3)


4)



5)



6)



7)

Интерактивные элементы выполнены в виде лаконичных столешниц, которые не отвлекают от живописи, а лишь подчеркивают и поясняют ее.

Подразделение Галереи, работающее с детской аудиторией, обладает сильной методической базой и собственными подходами к изучению отечественного искусства с детьми
разных возрастов. Нам важно было встроиться в этот процесс органично.

Проект стартовал с серии рабочих семинаров с участием архитектора, графического дизайнера и кураторов детских программ. Совместно выстраивалась смысловая структура, обсуждался формат подачи. Результатом стал деликатный детский слой — инструмент включения юного зрителя в
музейный диалог. Со стороны проектировщиков
экспозиционные приёмы были выстроены так, чтобы
поддержать образовательные программы галереи и усилить взаимодействие с Галереи с детьми в целом.

Зачем нужен детский слой в музейной экспозиции?

Мы заметили, что значительная часть посетителей приходит в музей не по собственной инициативе. Это может показаться шуткой, но на деле — серьёзный вызов. Родителям нередко
трудно объяснить ребёнку, почему стоит рассматривать картины, что в них интересного, как «читать» это искусство. У обеих сторон возникает усталость, раздражение, ощущение потери времени.

Мы работаем для того, чтобы визит в музей стал опытом интеллектуального удовольствия.
Чтобы родители и дети вместе рассматривали живопись и графику, обсуждали увиденное и учились видеть каждый — свое. Наша цель — чтобы после посещения выставки зрители уходили вдохновлёнными, удивлёнными, с новым чувством
сопричастности к искусству.

Всё ли удалось реализовать?

Ключевым решением стало раннее подключение и нас и архитектора к разработке экспозиции, что позволило сразу определить пространство для всех элементов — от этикетажа до интерактивов.

Удалось создать разные типы вопросов для детей и взрослых, однако не хватило времени провести фокус-группы до открытия
— это помогло бы ещё точнее выстроить пользовательский путь
и логику вопросов.

Чем детский этикетаж отличается от взрослого?

Традиционный музейный этикетаж — это, как правило, набор обязательных фактов об экспонате. В проекте Брюллова
взрослые тексты были лаконичными и информативными, написанными ясным, доступным языком. Детские же этикетки построены иначе: они сообщают небольшой факт о картине или авторе, а затем задают открытый вопрос, побуждающий к размышлению. Главный принцип — у вопроса не должно быть однозначного ответа. Мы стремились, чтобы ребёнок
рассматривал картину как исследователь, а не слушатель
готовых объяснений.

Чтобы он мог задать себе (и взрослому рядом) вопросы вроде:
«А дописана ли эта работа?»
«Если художник оставил её незавершённой —
что для него было главным?»
«Что первым бросается в глаза?»
«Куда мчится всадница — только приехала или уезжает?»
«Какие ценности можно увидеть в “Последнем дне Помпеи”,
если рассматривать каждого персонажа?»

Такой подход позволяет выстраивать живое взаимодействие с произведением и превращает осмотр в осмысленный
творческий процесс.

Детский слой выставки в итоге стал не
дополнением, а самостоятельной
исследовательской линией.
Он позволил расширить аудиторию и укрепить связь между взрослыми и детьми, ведь такая
классическая экспозиция лучшее пространство
для совместных открытий и диалога.